Kartina-Pro

Галереи истории изобразительного искусства

Живопись
Гравюра
Спонсоры страницы

Фронтиспис «Апостола»

Печать

Фронтиспис «Апостола» был составным. Кто его автор — неизвестно. Композиция задумана одним художником (очевидно Иваном Федоровым), но гравирована двумя. Вероятно, центральную часть доски с изображением Луки вырезал Петр Мстиславец, а рамку-«палатку» гравюры сделал Иван Федоров — автор шрифта и заставок «Апостола», искусный мастер «книжного строения», как именовали художников русской книги в 16 столетии.

Иван Федоров, Петр Мстиславец Евангелист Лука. Фронтиспис Апостола. Москва. 1564

Создавая гравюры к «Апостолу», Федоров использовал русские и западные образцы. Как всякий средневековый мастер, он должен был иметь перед глазами композиционный канон, следовать которому в это время считалось обязательным. В основу заставок «Апостола» 1564 года были положены орнаменты рукописных миниатюр, исполненных в Троице-Сергиевой лавре, и узоры нидерландских буквиц. Композиция фронтисписа восходит к русской рукописной традиции. «Сень» над евангелистом, обычную для миниатюры, Федоров заменил архитектурной рамкой, конструкцию и декор которой заимствовал с арки в гравюре «Иисус Навин» Эдуарда Шёна из немецкой Библии Пейпуса 1524 года, известной в России в чешской перепечатке 1540 года. Очевидно арка Шёна привлекла мастера потому, что отдаленно напоминала порталы и оконницы кремлевских соборов.

Отталкиваясь от гравюры Шёна, Федоров сделал архитектуру фронтисписа «Апостола» вполне русской, введя в конструкцию колонн традиционные русские бусины и убрав чуждые русской архитектуре фигуры путти. Он превратил объемную каменную арку Шёна в резную деревянную рамку книжной гравюры, согласованную с плоскостью страницы, попытался ограничить внутреннее пространство гравюры глубиной деревянной доски, отметив ее круглыми сквозными отверстиями в рамке, которыми заменил выпуклые шары арки Шёна. Образ евангелиста, связь его фигуры с рамкой, наконец, техника исполнения фронтисписа «Апостола» не имеют ничего общего ни с «Иисусом Навином» Шёна, гравированным на меди, ни с русской рукописной миниатюрой. Подчиненные архитектурному замыслу старопечатной книги, переведенные в технику ксилографии русские и западные прототипы гравюр Федорова утратили непосредственную связь с подлинниками. Заставки «Апостола» напоминают деревянный фриз, фронтиспис — наличник окна.

В «Апостоле» Ивана Федорова наметился тип русской книжной ксилографии, который окончательно сложился в работах его ученика Андроника Невежи и просуществовал в Москве почти без изменений до второй половины 17 века.

Во фронтисписе «Псалтири» Андроника Невежи 1577 года склоненная фигура царя Давида как бы развернулась по вертикальной оси вглубь вправо и оказалась в плоскости листа и рамки, ритмом движения вторя полукружию арки. Стол, стул и подножие библейского царя плотно примкнули к рамке гравюры, поддерживая один с ней уровень. Лицо, убор и движение Давида утратили живость, приобрели иконописный характер и подверглись декоративной стилизации, что усилило их связь с рамкой. Фронтиспис стал цельным по конструкции и декоративному решению, хорошо лег на плоскость страницы и включился в книгу, а в «Луке» из «Апостола» Невежи (1597) приобрел классическую законченность канона московской книжной ксилографии 16 — первой половины 17 века. В композицию центральной части фронтисписа «Апостола» была введена линия пола, которая ограничивала внутреннее пространство гравюры, присоединяла ее средник к рамке и «выводила» евангелиста из глубины «палатки». В 17 веке фронтисписы старопечатных книг стали еще более цельными, конструктивными и узорчатыми и слились в единое архитектурно-орнаментальное целое с другими частями книжного убранства («Царь Давид». Фронтиспис Псалтири. Москва, 1615 и ряд других).

 
« Пред.
© 2018 История изобразительного искусства