Главная arrow Виды искусств arrow Новая постановка проблемы отношений искусств

Галереи истории изобразительного искусства

Живопись
Гравюра
Спонсоры страницы

Новая постановка проблемы отношений искусств

Печать

Раскрепощение малых наций социалистической революцией вызвало новую постановку проблемы отношения искусства Древней Руси к Востоку. Она была хорошо выражена в изданной в 1919 году работе Ф. И. Шмита. Первый вопрос, на который должен дать ответ историк древнерусского искусства, формулируется, по словам Шмита, так: к каким народам и в какой мере примкнул русский народ в своей созидательной работе? И далее, призвав уберечься от ложного национального самолюбия, указав на значение для искусства Руси, наряду с Византией, Кавказа, Средней Азии, Монголии, заключает: «Да, наконец, разве не ясно, что к кому бы первоначально ни примкнул русский народ, какими бы культурными соками он пи питался, его место среди прочих цивилизованных народов определяется не его физическою или духовною родословного, конечно, а тем, что он сумел сделать из заимствованного и что он сумел создать собственным творчеством...». О происхождении народов Руси, истоках их культуры и искусства заговорили с разных позиций. Большинство историков отказались от бесплодных поисков прародины славянства. Но одни видели в культуре и искусстве ранних славян нечто изначально самостоятельное, другие рассматривали славян как продукт скрещения культурно родственных между собой иллирийских, фракийских и западноскифских племен. Книжка М. И. Ростовцева «Эллинство и иранство на юге России» за рамки античного периода не выходила и, как отмечено было ее автором в предисловии, вопроса о дальпейшей переработке воспринятых элементов не затрагивала. Существен псе же вывод М. И. Ростовцева, что иранская культура в эпоху ее проникновения на юг России носит уже смешанный характер, причем чужое в этой культуре как восточное, так и греческое легче отделяется и выделяется, чем несомненно имеющееся в наличности местное и самобытное.

На вопрос об отношении Руси к Востоку В. В. Бартольд отозвался в эту пору в духе Стасова и Кондакова. Он отмечал, что уже по своему географическому положению равнина Восточной Европы должна была подвергаться влиянию Востока в гораздо большей степени, чем западноевропейские страны. Он считал совершенно ошибочным представление, «будто Россия до монгольского нашествия была такой же составной частью Европы, как, например, Германия или Франция, и будто только это нашествие на несколько веков отделило Россию от мира европейской культуры». Бартольд ссылался на применение к Владимиру Святому тюркского титула «каган»: «подобный факт не мог бы иметь места в эту эпоху ни в Византии, ни в западноевропейских государствах».

Бартольд был против преувеличенной оценки культурного уровня народов Древнего Востока. Он считал такую оценку своего рода реакцией на то пренебрежительное отношение европейцев к остальным народам Востока, которое определилось в XVII веке. Еще в работе, написанной в 1911 году, Бартольд решительно возражал против того, что исследователи Востока «почти до последнего времени рассматривали развитие культуры каждой народности, как самостоятельный процесс, определившийся исключительно расовым происхождением, политической жизнью и религией данного народа; возможность иностранного влияния принималась в расчет только в случаях покорения одного народа другим».

 

Последнее обновление ( 18.09.2010 г. )
 
« Пред.   След. »
© 2020 История изобразительного искусства